Результаты двухлетнего комплексного наблюдения за пациентами со спинальной мышечной атрофией I типа, получившими генную терапию препаратом онасемноген абепарвовек

Обоснование. Спинальная мышечная атрофия (СМА) относится к числу наиболее тяжёлых наследственных нейромышечных заболеваний. Разработка методов патогенетического лечения, в том числе генной терапии, и внедрение их в широкую клиническую практику предопределили новую эру в лечении СМА, когда стало возможным не только остановить развитие болезни, но и улучшить функциональные возможности пациентов.

Цель исследования — оценить эффективность генной терапии в условиях реальной клинической практики при 2-летнем катамнестическом наблюдении за пациентами со СМА I типа, получившими лечение препаратом онасемноген абепарвовек.

Материалы и методы. В исследование включены 73 пациента со СМА I типа. У всех заболевание подтверждено при молекулярно-генетическом исследовании, из них у 22 (30,1%) диагноз установлен в связи с развитием клинической картины заболевания и после подтверждающей ДНК-диагностики; у 51 (69,9%) пациента, изначально выявленного в рамках расширенного неонатального скрининга, диагноз установлен сразу при появлении первых симптомов СМА. Средний возраст на момент проведения генной терапии составил 2,78±1,87 месяца (95% ДИ 2,35–3,22; min 1,00, max 7,00). Комплексная оценка эффективности лечения включала клинические (основные этапы моторного развития по критериям Всемирной организации здравоохранения, оценка по шкалам HINE-2 и CHOP-INTEND) и электронейромиографические (латентность, амплитуда и площадь негативного пика дистального М-ответа при электрической стимуляции локтевого нерва на запястье; скорость распространения возбуждения по двигательным волокнам локтевого нерва на предплечье) показатели до инициации генной терапии и через 6, 12, 18 и 24 месяца после её проведения.

Результаты. На фоне применения генной терапии большое число пациентов со СМА I типа смогли достичь основных моторных навыков: 42,5% хорошо держали голову в положении на животе; 78,1% переворачивались из положения лёжа на спине на живот; 47,2% сидели без опоры; 31,9% стояли с поддержкой; 23,2% ползали на четвереньках; 20,0% ходили с поддержкой; 13,2% самостоятельно стояли; 5,7% ходили самостоятельно. Однако большинство пациентов достигали этапов двигательного развития позже нормативов ВОЗ. К концу периода наблюдения оценка по шкале HINE-2 у пациентов со СМА I типа достоверно увеличивалась [Ме 18,50 (16,00–24,00) баллов]; максимального значения достигли трое детей. Оценка по шкале CHOP-INTEND также достоверно увеличивалась [Ме 60,00 (58,00–64,00) баллов к концу 2-летнего периода наблюдения]; 17 (23,3%) детей достигли максимального значения. До проведения генной терапии у пациентов со СМА I типа отмечались низкие значения амплитуды [Ме 0,32 мВ (0,15–0,81)] и площади [Ме 0,80 мс×мВ (0,36–1,70)] М-ответа. Через 24 месяца после генной терапии значения амплитуды и площади достоверно увеличились [Ме 0,80 мВ (0,60–1,20) и Ме 1,40 мс×мВ (1,00–2,10) соответственно], однако не достигали значений электронейромиографии детей без неврологической патологии. При клинической и электронейромиографической оценке в динамике 2-летнего наблюдения не удалось установить статистически значимых различий у пациентов со СМА I типа в зависимости от старта расширенного неонатального скрининга.

Заключение. Проведение генной терапии у пациентов со СМА I типа приводит к достоверной положительной динамике в двигательном развитии. Несмотря на сохраняющуюся задержку формирования моторных навыков, большое число пациентов смогли достичь основных этапов раннего моторного развития, что подтверждалось значительным повышение баллов по шкалам HINE-2, CHOP-INTEND и улучшением параметров электронейромиографии.

1. Vezzoli A, Bottai D, Adami R. Managing spinal muscular atrophy: a look at the biology and treatment strategies. Biology (Basel). 2025;14(8):977. doi: 10.3390/biology14080977

2. Schroth MK, Deans J, Bharucha Goebel DX, et al. Spinal muscular atrophy update in best practices: recommendations for treatment considerations. Neurol Clin Pract. 2025;15(1):e200374. doi: 10.1212/CPJ.0000000000200374

3. Varone A, Esposito G, Bitetti I. Spinal muscular atrophy in the era of newborn screening: how the classification could change. Front Neurol. 2025;16:1542396. doi: 10.3389/fneur.2025.1542396

4. Proud CM, Kichula EA, Matesanz SE, et al. Onasemnogene abeparvovec gene therapy for treatment of patients with spinal muscular atrophy: updated real-world practical considerations. J Neuromuscul Dis. 2025;22143602251391258. doi: 10.1177/22143602251391258

5. Фисенко Д.А., Куренков А.Л., Кузенкова Л.М., и др. Эффективность генной терапии препаратом онасемноген абепарвовек у пациентов со спинальной мышечной атрофией раннего возраста. Неврологический журнал имени Л.О. Бадаляна. 2025;6(1):13–25. doi:10.46563/2686-8997-2025-6-1-13-25 EDN: YYENRS

6. Фисенко Д.А., Куренков А.Л., Кузенкова Л.М., и др. Нормативные показатели стимуляционной электромиографии у детей раннего возраста. Неврологический журнал имени Л.О. Бадаляна. 2023;4(4):193–199. doi: 10.46563/2686-8997-2023-4-4-193-199 EDN: BAWHUC

7. Mercuri E, Muntoni F, Baranello G, et al.; STR1VE-EU study group. Onasemnogene abeparvovec gene therapy for symptomatic infantile-onset spinal muscular atrophy type 1 (STR1VE-EU): an open-label, single-arm, multicentre, phase 3 trial. Lancet Neurol. 2021;20(10):832–841. doi: 10.1016/S1474-4422(21)00251-9

8. Desguerre I, Barrois R, Audic F, et al. Real-world multidisciplinary outcomes of onasemnogene abeparvovec monotherapy in patients with spinal muscular atrophy type 1: experience of the French cohort in the first three years of treatment. Orphanet J Rare Dis. 2024;19(1):344. doi: 10.1186/s13023-024-03326-3

9. Finkel RS, Mercuri E, Darras BT, et al.; ENDEAR Study Group. Nusinersen versus sham control in infantile-onset spinal muscular atrophy. N Engl J Med. 2017;377(18):1723–1732. doi: 10.1056/NEJMoa1702752

10. Day JW, Finkel RS, Chiriboga CA, et al. Onasemnogene abeparvovec gene therapy for symptomatic infantile-onset spinal muscular atrophy in patients with two copies of SMN2 (STR1VE): an open-label, single-arm, multicentre, phase 3 trial. Lancet Neurol. 2021;20(4):284–293. doi: 10.1016/S1474-4422(21)00001-6

11. Finkel RS, McDermott MP, Kaufmann P, et al. Observational study of spinal muscular atrophy type I and implications for clinical trials. Neurology. 2014;83(9):810–817. doi: 10.1212/WNL.0000000000000741

12. Kolb SJ, Coffey CS, Yankey JW, et al.; NeuroNEXT Clinical Trial Network on behalf of the NN101 SMA Biomarker Investigators. Natural history of infantile-onset spinal muscular atrophy. Ann Neurol. 2017;82(6):883–891. doi: 10.1002/ana.25101

13. Mercuri E, Lucibello S, Perulli M, et al. Longitudinal natural history of type I spinal muscular atrophy: a critical review. Orphanet J Rare Dis. 2020;15(1):84. doi: 10.1186/s13023-020-01356-1

14. Pane M, Coratti G, Cutrì C, et al.; ITASMAC Working Group. Onasemnogene abeparvovec in type I spinal muscular atrophy: 24-month follow-up from the Italian registry. Ann Clin Transl Neurol. 2026 Mar 19. doi: 10.1002/acn3.70356

15. Servais L, Day JW, De Vivo DC, et al. Real-world outcomes in patients with spinal muscular atrophy treated with Onasemnogene abeparvovec monotherapy: findings from the RESTORE registry. J Neuromuscul Dis. 2024;11(2):425–442. doi: 10.3233/JND-230122

16. Swoboda KJ, Prior TW, Scott CB, et al. Natural history of denervation in SMA: relation to age, SMN2 copy number, and function. Ann Neurol. 2005;57(5):704–712. doi: 10.1002/ana.20473

17. Weng WC, Hsu YK, Chang FM, et al. CMAP changes upon symptom onset and during treatment in spinal muscular atrophy patients: lessons learned from newborn screening. Genet Med. 2021;23(2):415–420. doi: 10.1038/s41436-020-00987-w

18. Axente M, Mirea A, Sporea C, et al. Clinical and electrophysiological changes in pediatric spinal muscular atrophy after 2 years of nusinersen treatment. Pharmaceutics. 2022;14(10):2074. doi: 10.3390/pharmaceutics14102074

19. Barrois R, Barnerias C, Deladrière E, et al. A new score combining compound muscle action potential (CMAP) amplitudes and motor score is predictive of motor outcome after AVXS-101 (onasemnogene abeparvovec) SMA therapy. Neuromuscul Disord. 2023;33(4):309–314. doi: 10.1016/j.nmd.2023.02.004

20. Crawford TO, Swoboda KJ, De Vivo DC, et al.; NURTURE Study Group. Continued benefit of nusinersen initiated in the presymptomatic stage of spinal muscular atrophy: 5-year update of the NURTURE study. Muscle Nerve. 2023;68(2):157–170. doi: 10.1002/mus.27853

21. Ueda Y, Egawa K, Kawamura K, et al. Nusinersen induces detectable changes in compound motor action potential response in spinal muscular atrophy type 1 patients with severe impairment of motor function. Brain Dev. 2024;46(3):149–153. doi: 10.1016/j.braindev.2023.12.001